Европарламент получил хук справа

Старые европейские элиты стараются погасить протестные настроения. Сейчас это удалось, но процесс уже пошёл, и популярность правых партий набирает обороты.

В Европарламенте 720 «посадочных» мест, и каждая страна представлена пропорционально численности населения. А вот с политическим окрасом национальных делегаций, учитывая рост влияния в Европе правых партий, возникли ожидаемые проблемы. Естественно, находящиеся у власти европейские элиты предприняли беспрецедентную атаку, чтобы нивелировать их успех, и без темы России тут, конечно же, не обошлось. Просто не могло обойтись.

Восходящая волна

Надо бы уточнить, что правые партии появились в Европе, конечно же, не вчера. Запрос на «правый уклон» обозначился после финансового кризиса 2008 года и продолжил набирать обороты, поскольку правительства не смогли в течение нескольких лет остановить падение уровня жизни в изнеженном Старом Свете. Что и послужило росту популярности евроскептиков, которые предлагали выйти из Евросоюза и самостоятельно решать свои проблемы.

Сыграл на руку правым партиям, которые стали призывать к ужесточению миграционного законодательства и неподчинению общим правилам ЕС, и миграционный кризис. Именно на этой волне в 2013 году была создана партия «Альтернатива для Германии» (АдГ). И хотя правительственные СМИ поставили АдГ в один ряд с маргинальными нацистскими группами, она стала второй по популярности партией в Германии.

Торжества в штаб-квартире партии АдГ после подведения итогов выборов.
© globallookpress.com

Ещё один скачок популярности правых партий пришёлся на пандемию COVID-​​19, когда они практически единым фронтом выступали против антиковидных ограничений и принудительной вакцинации. Как известно, ограничения сильно ударили по мелкому бизнесу, и, поскольку официальные власти ничего кардинального предложить не смогли, альтернативная экономическая политика правых оказалась вне конкуренции. И это проявилось в электоральных предпочтениях.

Например, в 2022 году на парламентских выборах Италии победила коалиция правых сил во главе с ультраправой партией «Братья Италии», а её лидер Джорджа Мелони получила пост премьер-​​министра страны. И тут в очередной раз выяснилось, что обещать и держать слово – разные вещи. После избрания Мелони весьма органично вписалась в политический истеблишмент Евросоюза и не особо выбивается из общей повестки, проще говоря – колеблется в точном соответствии с курсом Урсулы фон дер Ляйен. И так бывает…

И всё же прошлый год ознаменовался целой серией побед правых партий на выборах в национальные парламенты. Вторая по популярности в Финляндии партия «Истинные финны», которая придерживается евроскептицизма и откровенной антиэмиграционной позиции, вошла в правительственную коалицию. В Греции правоцентристская партия «Новая демократия» победила на парламентских выборах и самостоятельно сформировала правительство. В Испании, где ультраправых партий после диктатуры Франсиско Франко не было заметно на политическом небосклоне, в коалицию с консерваторами для формирования правительства вошла националистическая партия «Голос».

Антироссийский синдром

Сегодня правые партии находятся у власти или состоят в правительствах семи стран Евросоюза (всего в ЕС 27 государств). Поэтому европейские элиты опасались, что на выборах в Европарламент правые партии могут совершить политический переворот на континенте – «переделать Евросоюз», как писала The Wall Street Journal. Французская El Pais пугала, что правые в случае победы на выборах избавятся от экологической повестки и могут уничтожить евро.

Кстати, в АдГ популярна идея, что «у новой немецкой марки покупательная способность может быть больше, чем у валют других стран». А нидерландская Партия свободы шла на выборы с убеждением, что ЕС является механизмом, который истощает граждан Нидерландов, поэтому финансовые «перетоки» из богатых северных стран в более бедные страны Южной и Восточной Европы должны прекратиться. В свою очередь, «Национальное объединение» Марин Ле Пен предлагает лишить мигрантов социальных выплат и льгот. И это французам нравится.

Виктор Орбан против помощи Киеву и за защиту «национальной идентичности».
© globallookpress.com

Однако и Джорджа Мелони, и Марин Ле Пен выступают за политическую и военную поддержку Украины со стороны Европы, в то время как партия «Фидес» премьер-​министра Венгрии Виктора Орбана считает, что поставки оружия киевскому режиму приведут к сползанию Европы в большую войну. При этом защита «национальной идентичности» – общий момент в программах всех правых партий.

Почувствовав, что пахнет жареным, центристские и левые партии задрали ставку, заявив накануне, что цель текущих выборов – «отстоять европейскую демократию» от иностранного вмешательства и «сопутствующей дезинформации». К началу избирательной кампании в ЕС был принят «Закон о цифровых услугах», который наделил Еврокомиссию чрезвычайными полномочиями, а Урсула фон дер Ляйен пообещала создать «Европейский щит демократии», который, как нетрудно догадаться, будет искоренять всяческое инакомыслие.

И первыми жертвами еврокомиссарши стали «социально близкие» Facebook и Instagram, которые опрометчиво высказались насчёт европейских выборов. Параллельно началась и дискредитация политиков, хоть в чём-то симпатизирующих России.

Правый марш. Эту песню запевает молодёжь

Вот в такой информационной среде и проводились выборы в Европарламент, главной интригой которых был вопрос: развалится ли коалиция правящих партий или устоит? И для Урсулы фон дер Ляйен это был принципиальный момент, поскольку большинство мест в Европарламенте было у представителей её партии – Европейской народной партии.

На втором месте находились левоцентристы из фракции «Прогрессивный альянс социалистов и демократов». Либералы и еврооптимисты из фракции «Обновить Европу» занимали третье место по количеству парламентариев. Вместе эти три группы составляли и контролировали 60% голосов в Европарламенте, что позволяло заключать политические сделки и определять исход голосования по основным вопросам.

В правой стороне политического спектра находится фракция «Европейские консерваторы и реформисты», эту фракцию называют «мягкими евроскептиками», её лицом является Джорджа Мелони. «Идентичность и демократия» – это фракция, состоящая из правых партий, которые всегда на слуху: «Национальное объединение» Марин Ле Пен, итальянские партии «Лига Севера» и «Лига премьер-​министра Сальвини», а также АдГ.

Голосует Джорджа Мелони.
© globallookpress.com

В начале года фракция «Идентичность и демократия», по опросам, находилась на третьем месте в рейтинге популярности. Однако 21 мая случился скандал с Максимилианом Кра, который был одним из главных кандидатов в Европарламент от АдГ. Пока не заявил в одном из интервью, что не все, кто служил в СС, были нацистскими преступниками. После чего АдГ отстранила его от выборов, но 23 мая фракция «Идентичность и демократия» исключила уже АдГ из своего списка. Поэтому и утратила шанс взять причитавшееся ей третье место.

Хотя по итогам выборов фракция «Обновить Европу» потеряла больше всего мест – 22, она осталась в тройке лидеров, а значит, сохраняется и устоявшееся большинство во главе с руководителем Еврокомиссии Урсулой фон дер Ляйен. А вот партия «Ренессанс» президента Эммануэля Макрона, тоже входящая в «Обновить Европу», на национальном уровне потерпела сокрушительное поражение от «Национального объединения» Марин Ле Пен, выигравшего почти с двукратным отрывом – 32% против 15%.

После объявления результатов выборов в Европарламент президент Франции Эммануэль Макрон признал рост популярности правых партий в Европе и в обращении к народу объявил о досрочных выборах в парламент Пятой республики, которые пройдут в два тура – 30 июня и 7 июля. А Марин Ле Пен уже заявила, что в случае победы её партии готова занять пост премьер-​министра Франции.

Лидер политической партии «Национальное объединение» Марин Ле Пен готова стать премьером.
© globallookpress.com

Сенсацией поменьше стало второе место партии АдГ, набравшей 16% голосов. Первое место получил консервативный блок Христианско-​демократического и Христианско-​социального союзов с 30%. Социал-​демократическая партия Германии – партия действующего канцлера ФРГ Олафа Шольца – набрала 14%. Это третий результат, и, как представитель оппозиции, генеральный секретарь Христианско-​демократического союза Карстен Линнеман призвал поставить вопрос о вотуме доверия текущему правительству. Хотя сейчас выборы в Германии маловероятны.

Но, как говорится, ещё не вечер, и рост популярности правых партий в Европе имеет долгосрочную перспективу, поскольку за правых активно голосует молодёжь, разочаровавшаяся в политике европейского истеблишмента, которая привела к тому, что нынешнее поколение европейцев живёт хуже, чем их предшественники. На этом фоне левые и зелёные партии, которые в прошлом набирали вес за счёт молодёжного голосования, теперь теряют позиции. Предпочтения молодёжи смещаются вправо, в то время как давно существующие центристские партии всё ещё полагаются на поддержку пожилых избирателей.

Это хорошо видно на примере Франции и Германии, где молодые люди в возрасте от 19 до 29 лет отдают предпочтение правым партиям. При этом 32% молодых французов за «Национальное объединение», а 14% молодых немцев – за АдГ.

И хотя выборы в Европарламент не изменили расклад сил, они показали, что наступают последние дни спокойной жизни для традиционных европейских элит. Так что политическое бессмертие Урсулы фон дер Ляйен не гарантировано.

Текст: Олег Ладогин